Почему егэ становится сложнее
Перейти к содержимому

Почему егэ становится сложнее

  • автор:

ЕГЭ: стало ли поступление в вуз проще или сложнее? Текст научной статьи по специальности «Науки об образовании»

ЕГЭ ЕДИНЫЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЭКЗАМЕН / ДОСТУПНОСТЬ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ / АБИТУРИЕНТ / СТУДЕНТ / МОНИТОРИНГ / USE UNIfi ED STATE EXAM / ACCESSIBILITY OF HIGHER EDUCATION / APPLICANT / STUDENT / MONITORING

Аннотация научной статьи по наукам об образовании, автор научной работы — Вишневский Ю.Р., Вишневский С.Ю., Нархов Д.Ю.

В статье по материалам мониторинга1 студентов Свердловской области в 1995-2016 гг. [8] рассматриваются проблемы ЕГЭ (единого государственного экзамена) стало ли после внедрения процедуры ЕГЭ высшее образование более доступным, ста-ли ли шансы выпускников разных типов средних образовательных учреждений и разных типов поселения более равными или, напротив, разрыв шансов усилился, смог ли ЕГЭ снизить коррупцию в системе образования? Обсуждение этих проблем в ракурсе социологического анализа особенно актуально, поскольку дискуссия об ЕГЭ не утихает и спустя почти 10 лет после его законодательного закрепления.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по наукам об образовании , автор научной работы — Вишневский Ю.Р., Вишневский С.Ю., Нархов Д.Ю.

Некоторые итоги ЕГЭ по математике 2018 года в Кировской области
О чем говорит средний балл ЕГЭ?
Итоги ЕГЭ: опыт межрегиональных сопоставлений
Национальный состав территорий и результаты ЕГЭ
О бедном репетиторе замолвите слово (еще раз об эффективности репетиторства для подготовки к ЕГЭ)
i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «ЕГЭ: стало ли поступление в вуз проще или сложнее?»

C.Ю. ВИШНЕВСКИИ, Д.Ю. НАРХОВ

Yu.R. VISNIEVSKY, S.Yu. VISNIEVSKY,

СТАЛО ЛИ ПОСТУПЛЕНИЕ В ВУЗ ПРОШЕ ИЛИ СЛОЖНЕЕ?

WHETHER ENTERING TO UNIVERSITY HAS BECOME EASIER OR HARDER?

Статья подготовлена в рамках проекта «Молодежь индустриальных регионов России: образ социального будущего как фактор развития инновационного потенциала», реализуемого при поддержке Российского Фонда Фундаментальных Исследований (грант № 18-011-00907)

The article is prepared in the framework of the project «Youth of industrial regions of Russia: the image of the social future as a factor in the development of innovative potential», implemented with the support Of the Russian Foundation for Basic Research

В статье по материалам мониторинга1 студентов Свердловской области в 19952016 гг. [8] рассматриваются проблемы ЕГЕ (единого государственного экзамена) -стало ли после внедрения процедуры ЕГЭ высшее образование более доступным, стали ли шансы выпускников разных типов средних образовательных учреждений и разных типов поселения более равными или, напротив, разрыв шансов усилился, смог ли ЕГЭ снизить коррупцию в системе образования? Обсуждение этих проблем в ракурсе социологического анализа особенно актуально, поскольку дискуссия об ЕГЭ не утихает и спустя почти 10 лет после его законодательного закрепления.

In the article on monitoring materials of students of the Sverdlovsk region in 19952016 [8] the problems of USE (unified state exam) are examined: whether after the introduction of the USE procedure higher education has become more accessible, whether the chances of graduates of different types of secondary educational institutions and different types of settlement has become more equal, or, on the contrary, the gap in chances has increased, whether the USE could reduce corruption in the system education? Discussion of these problems in the view of sociological analysis is especially important, because the discussion on the USE does not cease even almost 10 years after its legislative consolidation.

Ключевые слова: ЕГЭ — единый государственный экзамен, доступность высшего образования, абитуриент, студент, мониторинг.

Key words: USE — Unified State Exam, accessibility of higher education, applicant, student, monitoring.

Одно из наиболее серьезных изменений в процессе модернизации российской системы образования (особенно на стыке среднего и высшего образования) — переход на единый государственный экзамен (ЕГЭ) и его учет при приеме в вузы. За весь период — от эксперимента в отдельных регионах РФ до законодательного закрепления обязательности ЕГЭ и для окончания средней школы, и для поступления в вуз, а затем и в последующие годы — эта проблема стала предметом серьезной дискуссии и в обществе, и среди научно-педагогического сообщества. А потому — и объектом социологического анализа.

1 В монографии по его итогам [8] дана характеристика выборки каждого из семи этапов мониторинга (1995-1999-2003-2007-2009-2012-2016), методики и инструментария исследования, обобщаются — в динамике — его результаты, выявляются проблемы и перспективы социокультурного развития студенчества региона.

Уже на VI этапе мониторинга (зима 2011-2012 гг.) все третьекурсники вузов Свердловской области (по условиям мониторинга он охватывал именно студентов III курса1) поступали в свои вузы по результатам ЕГЭ, что определило необходимость включить в анкету и вопросы об их отношении к ЕГЭ. Учет их мнения позволяет преодолеть некоторую обобщенность массовых опросов ВЦИОМ и ФОМ, респонденты которых охватывают и сдававших ЕГЭ, и не сдававших (хотя зачастую — как родители и родственники выпускников — «очень заинтересованных»). Характерно, что из участников недавнего опроса ВЦИОМ менее половины (44%) сталкивались с ЕГЭ на личном опыте — сдавали сами или сдавали родственники, остальные черпали информацию из СМИ [18].

Примечательны и ответы респондентов этого опроса на вынесенный в заголовок статьи вопрос: 43% отметили — ЕГЭ облегчил для большинства выпускников поступление в вуз; порядка четверти (27%) считают, что поступать стало сложнее, еще 18% — что ЕГЭ никак не повлиял на доступность поступления. В целом поступление в вузы на основе результатов ЕГЭ воспринимается гражданами неоднозначно: «за» — 40%, «против» — 36%. При этом число сторонников ЕГЭ как системы, позволяющей поступить в вуз, достигло максимума за 10 лет». Противоречиво оценены и изменения последнего времени (итоговое выпускное сочинение как допуск, изъятие из заданий тестовой части) — 28% полагают, что это повысило объективность оценки, 27% -не оказало никакого влияния на качество процедуры оценки знаний, 17% видят в этом негативные последствия, 28% затруднились ответить. Мнение о повышении качества оценки знаний высказывали преимущественно учителя (50%) и молодежь, сдававшая ЕГЭ (45%) [18]. Отражением этого общего тренда (более высокая оценка ЕГЭ теми, кто его сдавал) явились ответы наших респондентов (2016 г., VII этап) мониторинга о доступности качественного высшего образования в регионе (рис. 1).

Рис. 1. Распределение оценок о доступности высшего образования в зависимости от направления (% от группы)

Не останавливаясь подробнее на этой проблеме, отметим разнообразие трактовок понятия «доступность высшего образования» в отечественной литературе [1, 6, 9, 20 и др.]. Доступность выступает как возможность выбора, поступления и обучения в вузе для различных личностей и социальных групп. Социологически значимым (и измеримым) становится степень, вероятность, шанс этой доступности. Особенно важно соотнесение доступности с ее организационными, территориальными, финансово-экономическими и академическими предпосылками. Специфика постановки вопроса в нашем исследовании — акцент на доступность именно качественного высшего образования, с одной стороны, и самооценку этой доступности студентом,

1 Именно поэтому, хотя в 2009 г. ЕГЭ стал единственно возможной формой окончить школу и поступить в вуз, участников V этапа мониторинга (2009 г.) это не затронуло.

то есть был применен прием ретроанализа, ибо респонденты-третьекурсники более двух лет назад на себе ощутили (пусть и на разных, бюджетных или контрактных, условиях) реальную доступность. Их ответы весьма показательны. В них отражаются два важных момента. С одной стороны, преобладает мнение: в нашем регионе качественное высшее образование доступно (особенно в этом уверены «естественники»). Одновременно достаточно распространено и мнение о значительных различиях по качеству высшего образования между отдельными вузами (значительно чаще такое мнение высказывают студенты-«экономисты»).

В ракурсе нашей проблематики особенно интересно мнение респондентов о влиянии их результатов ЕГЭ на поступление в вуз (рис. 2).

Рис. 2. Как повлияли результаты ЕГЭ на ваш выбор вуза и профессии, 2012-2016 гг. (% ответивших)

Заметен и характер влияния, и его устойчивость. И в 2012 г., и в 2016 г. двум из трех респондентов не пришлось изменять свой профессиональный выбор. У каждого третьего этот выбор менялся в двух направлениях — другой вуз (по методике логического квадрата отмечен каждым четвертым) и другая специальность (также отмечена каждым четвертым).

Но формулировка вопроса оказалась социологически недостаточно полной. К сожалению, она не требовала указать конкретно тот дополнительный экзамен, который сдавался. Между тем, именно это уже во многом предопределяло выбор (или предопределялось им) — физика для большинства технических специальностей, обществознание — для социально-экономических и управленческих специальностей. И именно тут возникают острые перекосы и проблемы. Характерны результаты ЕГЭ по физике и обществознанию по Свердловской области в 2011-2016 гг. (рис. 3).

Рис. 3. Доля сдававших ЕГЭ по физике и обществознанию, по годам

(в % от числа сдававших ЕГЭ в Свердловской области) [11]

Видны приоритеты выпускников школ: почти трое из пяти отдают предпочтение обществознанию. При всей позитивной тенденции последних лет по ЕГЭ по физике, число отдающих ей предпочтение ушло от каждого четвертого, но не дошло до каждого третьего. Между тем, именно такой перекос в ориентациях молодых людей лежал в основе (точнее был использован вуза-

ми в 1990-2000-е гг. и позволил им «выжить») «взрывного роста обучения по гуманитарным и социально-экономическим дисциплинам» (рис. 4).

□ Социально-!уманитарные специальности ЕЭ Естественнонаучные и технические специальности

1990 1995 2000 2005 2010

Рис. 4. Динамика роста выпускников вузов РФ по разным специальностям (в тыс. человек) [16]

Но этот «взрыв» породил к началу 2010-х гг. огромную нехватку инженерно-технических кадров, на Урале тем более обостренную, что наряду с подготовкой специалистов но новейшим технологиям возникла — в условиях реиндустриализации — проблема расширения подготовки традиционных инженеров. На преодоление возникшего противоречия были направлены разнообразные меры (особенно плодотворна идея и практика «Уральской инженерной школы»). В их ряду и стратегия выделения бюджетных мест в вузах Свердловской области — с приоритетом подготовки инженерных кадров (в УрФУ в последние годы распределение бюджетных мест между техническими и остальными специальностями составляет 5:1). Но «перепроизводство» экономистов, управленцев, юристов и т.д. сохраняется: по РФ в 2014 г. прием по направлениям подготовки и укрупненным группам специальностей «экономика и управление» и «юриспруденция» составил 38,5% (27,2 + 11,3) от общей численности приема, в 2015 г. — 36,9% (24,6 + 12,3) [3, с. 151].

Итак, студенты, поступившие в вузы по результатам ЕГЭ, в основном считают: поступать стало проще. Субъективность их оценки связана уже с тем, что им сравнивать-то не с чем. Но от этой оценки нельзя просто отмахнуться. В конечном счете, она отражает и некоторые объективные процессы, правда, не очень связанные с процедурой ЕГЭ.

В постсоветский период в самой системе российского высшего образования произошли серьезные изменения. На основе быстрого развития сети негосударственных вузов (а затем и роста числа студентов-контрактников в государственных вузах) резко выросло число студентов: за 1993-2005 гг. в 2,7 раза. Потом все сильнее начинают сказываться последствия «демографической ямы» 1990-х гг. — за 2005-2016 гг. оно сократилось в 1,6 раза. Особенно характерно эти процессы проявились в динамике приема в вузы (на обучение по программам бакалавриата, специалитета, магистратуры) — за 1993-2005 гг. — рост в 2,8 раза, за 2005-2016 гг. — сокращение в 1,4 раза [5, с. 143-144. Расч. наш. — Авт.].

Массовизация высшего образования сопровождалось его феминизацией. Уже в 1993 г. на долю женщин приходилось больше половины (51,5%) общей численности студентов по РФ. Затем к 2005 г. она выросла до 58,2%, после чего началось медленное сокращение — до 53,6% в 2016 г. [5, с. 141. Расч. наш. — Авт.].

Но и в этих условиях конкурсная ситуация для абитуриентов-выпускников средних общеобразовательных школ улучшалась: число их сократилось за эти же (2005-2016) годы в 1,6 раза [5, с. 141. Расч. наш. — Авт.], а за 12 лет (2005-2017 гг.) — даже вдвое [21]. Добавим к этому проблемы (до сих пор окончательно не решенные) с приемом в вузы выпускников системы СПО после введения ЕГЭ. Немало трудностей возникло в этой связи и у выпускни-

ков школ прошлых лет, поскольку сроки действия сертификата о сдаче ЕГЭ даже сегодня ограничены 4 годами, а с 2015 г. выпускники прошлых лет не поступят в вуз без результатов ЕГЭ [19].

Представляется, что данная ситуация является одним из существенных недостатков системы ЕГЭ, она уже привела к значительному сокращению доли выпускников колледжей в общей массе студенчества (что особенно нетерпимо по техническим и педагогическим направлениям подготовки). Сокращение — вдвое — доли выпускников колледжей и училищ (учреждений НПО и СПО), выпускников прошлых лет среди сдающих ЕГЭ произошло в Свердловской области уже в 2010-2012 г. — с 24,7% до 11,6% (лишь в 2011 г. этот тренд оказался нарушенным — сказались последствия перехода на 4-летнее обучение в начальной школе и отсутствие выпуска 11-х классов в большинстве школ региона) [4, с. 9]. Открывается еще одно противоречие — ЕГЭ как единая технология применяется для разных форм образовательной деятельности — и в общей, и в профессиональной школе. И возникающий разрыв в образовательных программах никак не компенсируется выпускникам системы среднего профессионального образования. Дискриминация выпускников прошлых лет противоречит мировому тренду на непрерывное образование и ограничивает привлечение «серебряных» студентов в вузы. Как следствие -даже в период «демографической ямы» не удалось серьезно увеличить средний возраст студенчества (особенно — в бакалавриате). Не имея пусть и отдаленной перспективы поступить в вуз, многие учащиеся школ отказывались от промежуточного выбора лицея или колледжа. Это дополнительно усилило массовую ориентацию школьников на полное среднее образование и дальнейшее непременное обучение в вузе. Тенденция «вуз-вуз-вуз» отражала не только перекосы в сознании учащейся молодежи. Это одновременно -и отражение кризисных явлений в системе образования.

Казалось бы, суждения об упрощении конкурсной ситуации расходятся с реальной информацией о растущем конкурсе (число заявлений на 100 мест выросло со 175 в 1993 г. до 461 в 2016 г. — в 2,6 раза) [5, с. 147]. Но эта информация скорее носит иллюзорный характер и связана с действующим правом подавать документы с результатами ЕГЭ в пять учреждений высшего образования на три направления в каждом. Многократно завышая число поступающих, такое «право» создает неопределенность в работе приемных комиссий вузов, в «конкуренции» за выполнение плана приема и повышение проходного балла «сильные» вузы побеждают «слабые». Усиливается разрыв между вузами. Многие провинциальные вузы, особенно негосударственные, становятся «доступными» для абитуриентов с низкими баллами, резко снижается качество довузовской подготовки. Попытки повлиять на ситуацию (разграничение минимального балла для аттестата и для вуза -по русскому языку в 2015-2016 гг. первый был 24, второй — 36 [11]; повышение в ведущих вузах минимального проходного балла по ряду предметов; разграничение ЕГЭ по математике на «базовый» и «профильный» и т.д.) не дали должного эффекта. Характерны федеральные исследования качества приема [16, 17] (табл. 1).

Дифференциация вузов по числу баллов для бюджетного приема в 2016-2017 гг. (в % от общего числа вузов)

Группы вузов по числу баллов 2016 2017

Вузы с баллами >80 7,5 8,6

Вузы с баллами от 70 до 80 24,2 27,6

Вузы с баллами от 56 до 70 52,2 50,4

Заметно (даже с учетом тенденции роста среднего балла) преобладание средних (чуть выше традиционного «удовлетворительно») оценок. За 2011-2016 гг. средний балл зачисленных на бюджетные места вырос на 3 балла (с 63,6 до 66,6), средний балл зачисленных на платные место тоже рос (с 57,5 до 63,8), но разрыв между ними почти в 6 баллов сохранялся [12].

На фоне этих общих данных становятся более понятными самооценки участников нашего мониторинга.

Самооценки студентами своих баллов по ЕГЭ (в % по годам)

Группы студентов по набранным на ЕГЭ баллам 2012 2016

Отличные (271 и выше) 7 3

Хорошие (221-270) 30 28

Средние (181-220) 49 48

Низкие (ниже 180) 14 21

Заметно: группа лидеров с самыми высокими баллами сразу оказалась наиболее малочисленной. Поступивших с невысоким и откровенно низким баллом в 2012 г. оказалось в два раза больше, чем «отличников». К 2016 г. доля отличников еще и сократилась почти вдвое. Наоборот, существенно -в 1,5 раза — выросла группа с очень низкими результатами ЕГЭ. Структурно особых различий между двумя этапами мониторинга не зафиксировано, но по ряду параметров они проявились. Исследования 2012 г. показали, что среди студентов, поступивших с отличными результатами ЕГЭ, выпускников гимназий и спецклассов было в 2,5 раза больше, чем выпускников общеобразовательных школ. Среди имевших хорошие баллы разрыв меньший — в 1,2 раза. В 2016 г. сильнее проявились гендерные различия: у девушек-абитуриенток оказались более высокие баллы — среди отличников их в 1,5 раза больше, среди «хорошистов» — в 1,9 раза). Как и в 2012 г., более высокие баллы зафиксированы у обучающихся по естественнонаучным и гуманитарным направлениям. Практически все «отличники» обучаются на бюджете, доля «хорошистов» среди бюджетников почти вдвое выше, чем у контрактников государственных вузов и почти втрое, чем у студентов негосударственных вузов. Уже по итогам 2012 г. обозначилась серьезная проблема: стратегия «середнячка» в дальнейшем может определять жизненные планы студентов, не способствующие повышению их интереса ни к учебе, ни к будущей профессии в целом. На этапе 2016 г. можно говорить об обострении проблемы мотивации к качественной учебе и — в дальнейшем — к профессиональной деятельности.

Итак, обозначилось основное противоречие приема в вузы по ЕГЭ -относительно большая доступность сочетается со снижением качества довузовской подготовки, снижением качества высшего образования, неэффективностью профессиональной подготовки — лишь 37% выпускников вузов работают сегодня по специальности [2]. Не устранила «доступность» и социально-территориальные различия. Уже в 2012 г. наше исследование подтвердило вывод педагогов, основанный на анализе статистики ЕГЭ: «Рассмотрение результатов позволяет выявить тенденцию постепенного роста среднего балла экзаменуемых — от наименьшего — в учреждениях, расположенных в населенных пунктах (сельского и городского типа), до наибольших — в образовательных учреждениях, расположенных на территории мегаполиса (Екатеринбурга). Представленные данные свидетельствуют о различиях в качестве подготовки выпускников в общеобразовательных учреждениях, расположенных в населенных пунктах разного типа» [4, с. 47]. Федеральное

исследование (2015 г.) отметило: «радикального изменения доступности высшего образования для детей из сельской местности не произошло» [7, с. 50]. Результаты VII этапа мониторинга (2016 г.) подтвердили этот общий тренд на региональном уровне.

Несколько облегченное представление респондентов о доступности высшего образования связано с его коммерциализацией. Платят за образовательные услуги для своих детей, как правило, родители. И платят немало: в 2016 г., например, общий объем рынка экзаменационных услуг оценивался в 20 млрд руб.; рынок репетиторских услуг только по подготовке к сдаче ЕГЭ — примерно в 15 млрд руб. [15]. Обеспечение механизма проверки знаний с помощью ЕГЭ оказалось затратным и для государства. По данным сайта «Госзакупки», в 2013 г. на проведение ЕГЭ было потрачено 855,2 млн руб., в 2014 г. — 1,6 млрд руб., в 2015 г. — 1,38 млрд руб. (кризис?!), в 2016 г. -2 млрд руб. (прогноз). Половина проводимых в связи с ЕГЭ торгов в России касается услуг по обеспечению видеосъемки, видеозаписи и видеотрансляции во время экзаменов [14, 15]. Возможно, направление этих сумм на развитие общеобразовательных школ в селах, ПГТ, малых и средних городах более эффективно сказалось бы на качестве довузовской подготовки.

Завершая статью, выражаем надежду, что в рамках заявленной уже новым Правительством РФ [10] перспективы обсуждения с экспертным сообществом возможных изменений в ЕГЭ будет учтено и наше мнение, как и мнение наших коллег-социологов. По крайней мере, хотелось бы нарушить нынешнюю практику недооценки управленцами роли социологических исследований в разработке, реализации и корректировке мероприятий по модернизации российской системы образования.

1. Евсеенко Т.П. Доступность высшего образования в условиях формирования рынка образовательных услуг // Экономика образования. 2007. № 3. С. 114-132.

2. Ивойлова И. Образован и не нужен // Российская газета. 2018. 5 июн.

3. Бондаренко Н.В., Гохберг Л.М., Забатурина И.Ю. [и др.]. Индикаторы образования. 2017: стат. сб. М.: НИУ ВШЭ, 2017. 320 с.

4. Гредина О.В., Жигулина М.Л., Мамонтова М.Ю. Результаты единого государственного экзамена в Свердловской области в 2012 году / под общ. ред. О.В. Грединой. Екатеринбург: ГБОУ ДПО СО «ИРО», 2012. 516 с.

5. Россия в цифрах. 2017: краткий стат. сб. М.: Росстат, 2017. 511 с.

6. Рощина Я.М. Доступность высшего образования: по способностям или по доходам? // Университетское управление: практика и анализ. 2005. № 1. С. 69-79.

7. Рощина Я.М., Рудаков В.Н. Региональные и московские вузы в 2015 г.: различия стратегий студентов и преподавателей // Информационный бюллетень. М.: НИУ «ВШЭ», 2017. 92 с.

8. Студент 1995-2016 гг.: динамика социокультурного развития студенчества Среднего Урала / под общ. ред. Ю.Р. Вишневского. Екатеринбург: Урал. федер. ун-т, 2018. 904 с.

9. Сухочев В.И. Доступность высшего образования в условиях перехода к экономике знаний // Креативная экономика. 2009. № 9. С. 8-16.

10. Голикова на ПМЭФ рассказала о возможных изменениях в ЕГЭ // Спутник — новости. 2018. 25 мая. Режим доступа: https://news.sputnik.ru/obr azovanie/11bab2ff0a0fdd92b6a3d19f25003ed2f11639e4 (дата обращения: 02.06.18).

11. Кравцов С.С. Итоги ЕГЭ 2016 года. Режим доступа: http://obrnadzor.gov.ru/ common/upload/RON_Itogi2016_16kh9_9.pdf (дата обращения: 02.06.2018).

12. Мониторинг качества приема в вузы. Архив: аналитика 2011-2016 гг. Режим доступа: https://ege.hse.ru/stata (дата обращения: 02.06.2018).

13. Мониторинг качества приема в вузы. Об исследовании. Методика. Основные итоги 2017. Режим доступа: https://ege.hse.ru/about (дата обращения: 02.06.2018).

14. Панов П. Расходы на контроль за ЕГЭ оказались больше, чем на сам экзамен // Известия. 2014. 2 июл.

15. Петелин Г., Семенова А. Знания на вес золота // Газета.га 2016. 24 мая. Режим доступа: https://www.gazeta.ru/social/2016/05/24/8262305.shtml (дата обращения: 02.06.18).

16. Развитие инженерного образования и технической подготовки в России [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.myshared.ru/slide/771583/ (дата обращения 11.01.2017).

17. Результаты ЕГЭ в Свердловской области. 2017 год. Режим доступа: rezultaty_egje_v_2017_godu.zip (дата обращения: 02.06.2018).

18. Социологи узнали мнение россиян о ЕГЭ // РИА-новости. 2018. 6 март. Режим доступа: https://ria.ru/society/20180306/1515836450.html (дата обращения: 02.06.18).

19. Срок действия сертификатов ЕГЭ. Режим доступа: http://4ege.ru/novosti-ege/4592-srok-deystviya-sertificatov-ege-2012-i-2013.html (дата обращения: 02.06.2018).

20. Фурсова В.В., Ха Ван Хоанг. Доступность высшего образования: сб. ст. Казань: КазФУ, 2012. Режим доступа: http://kpfu.ru/staff_files/F560128183 / sbornik_novyi_2docx.pdf (дата обращения 03.09.2017).

21. Цикулина С. Количество выпускников школ за 12 лет сократилось вдвое. Год вымирающего абитуриента // Московский комсомолец. 2017. 8 авг. Режим доступа: http://www.mk.ru/social/2017/08/08/kolichestvo-vypusknikov-shkol-za-12-let-sokratilos-vdvoe.html (дата обращения: 02.06.2018).

1. Evseenko T.P. Availability of the higher education in the conditions of formation of education market, Ehkonomika obrazovaniya [Education Economy], 2007, No. 3, pp. 114-132. (In Russian).

2. Ivojlova I. He is formed and is not necessary, Rossijskaya gazeta [Russian newspaper/. 2018, on June 5. (In Russian).

3. Bondarenko N.V, Gokhberg L.M., Zabaturina I.Yu. etc. Indikatory obrazovaniya: 2017: statisticheskij sbornik [Education indicators: 2017: the statistical collection]. Moscow, Higher School of Economics National Research University, 2017. 320 p. (in Russian).

4. Gredina O.V. (gen. ed.), Zhigulina M.L. & Mamontova M.Yu. Rezul’taty edinogo gosudarstvennogo ehkzamena v Sverdlovskoj oblasti v 2012 godu [Results of the unified state examination in Sverdlovsk region in 2012]. Ekaterinburg, Institute of development of education Print, 2012, 516 p. (in Russian).

5. Rossiya v cifrah. 2017: Kratkij statisticheskij sbornik [Russia in figures. 2017: Short statistical collection], Moscow, Rosstat Print, 2017. 511 p. (in Russian).

6. Roshchina Ya.M. Accessibility of higher education: on abilities or on income? Universitetskoe upravlenie: praktika i analiz [University management: practice and analysis]. 2005. No 1, pp. 69-79 (in Russian).

7. Roshchina Ya.M. & Rudakov V.N. Regional’nye i moskovskie vuzy v 2015 g.: razlichiya strategij studentov i prepodavatelej, Informacionnyj byulleten’ [Regional and Moscow higher education institutions in 2015: distinctions of strategy of students and teachers]. Moscow, Higher School of Economics National Research University, 2017, 92 p. (in Russian).

8. Bannikova L.N. [etc.]. Vishnevsky Yu.R. (gen. ed.). Student 1995-2016 gg.: din-amika sociokul’turnogo razvitiya studenchestva Srednego Urala [Student of 19952016: dynamics of sociocultural development of students of Central Ural Mountains]. Ekaterinburg, Ural Federal University Print, 2017, 904 p. (in Russian).

9. Suhochev V.I. Availability of the higher education in the conditions of transition to economy of knowledge, Kreativnaya ehkonomika [Creative economy], 2009, No 9, pp. 8-16 (in Russian).

10. Golikova na PMEHF rasskazala o vozmozhnyh izmeneniyah v EGEH [Golikova on PIEF told about possible changes in the USE]. In: Sputnik — novosti [The satellite — news]. 2018, on May 25. Available at: https://news.sputnik.ru/obraz ovanie/11bab2ff0a0fdd92b6a3d19f25003ed2f11639e4 (Accessed: 02.06.18) (in Russian).

11. Kravcov S.S. Itogi EGEH 2016 goda [Results of the USE of 2016]. Available at: http://obrnadzor.gov.ru/common/upload/RON_Itogi2016 _16kh9 _9.pdf (Accessed: 02.06.2018) (in Russian).

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

12. Monitoring kachestva priema v vuzy. Arhiv: analitika 2011-2016 gg. [Monitoring of quality of enrollment of students. Archive: analytics of 2011-2016]. Available at: https://ege.hse.ru/stata (Accessed: 02.06.2018) (in Russian).

13. Monitoring kachestva priema v vuzy. Ob issledovanii. Metodika. Osnovnye itogi 201 7 [Monitoring of quality of enrollment of students. About a research. Technique. Main results of 2017]. Available at: https://ege.hse.ru/about (Accessed: 02.06.2018) (in Russian).

14. Panov P. Expenses on control of the USE appeared more, than on examination, Izvestiya [News], 2014, on July 2 (in Russian).

15. Petelin G. & Semenova A. Znaniya na ves zolota [Knowledge worth its weight in gold]. 2016, on May 24. Available at: https://www.gazeta.ru/so-cial/2016/05/24/8262305.shtml (Accessed: 02.06.18) (in Russian).

16. Razvitie inzhenernogo obrazovaniya i tekhnicheskoj podgotovki v Rossii [Development of engineering education and technical training in Russia]. Available at: http://www.myshared.ru/slide/771583/ (Accessed: 11.01.2017) (in Russian).

17. Rezul’taty EGEH v Sverdlovskoj oblasti. 2017 god [Results of the USE in Sverdlovsk region. 2017.]. Available at: rezultaty_egje_v_2017_godu.zip (Accessed: 02.06.2018) (in Russian).

ЕГЭ станет сложнее в этом году

ЕГЭ станет сложнее в этом году

Про новые задания стало известно в период досрочной сдачи ЕГЭ, которая традиционно проходит весной. В профильном ведомстве заявили, что досрочный период ЕГЭ идет в штатном режиме. По заданиям оттуда можно предположить, что добавят в экзамен в период основного потока.

В тесте по русскому языку усложняются задания на знание паронимов, добавились вопросы по фразеологизмам, блок орфографии становится сложнее. Зато написать сочинение становится легче: авторы смогут аргументировать точку зрения не только литературными произведениями, но и ссылаться на жизненный опыт.

Новые задания появились по физике: добавили задачу по квантовой физике, да и вообще стали появляться задания в экспериментальном формате. Добавляют задания на статику, причем появление подобных заданий имеет высокий процент.

Также изменения ждут экзаменов по истории и химии. Об этом уже сообщали в Рособрнадзоре. По химии задания 9, 12, 16 — повышенного уровня сложности. В ЕГЭ по истории число заданий увеличено с 19 до 21, время на выполнение работы увеличено с 180 до 210 минут. По истории значительно увеличили блок вопросов о Великой Отечественной войне.

Напомним, что ЕГЭ традиционно проходит в конце мая – начале июня. В нем принимают участие все выпускники.

ЕГЭ становится сложнее, а результаты могли быть и выше: как помочь ребенку спокойно подготовиться

ЕГЭ и ОГЭ вызывают опасения у многих школьников и их родителей. На самом деле беспокоиться есть о чем — средние результаты выпускных экзаменов по Забайкальскому краю неутешительные. Например, химию в среднем сдают на 44 балла, математику — на 45, русский язык — на 65, что уже неплохо, но такого результата часто не хватает для поступления на бюджет. Вузы принимают решение о поступлении по общей сумме баллов, поэтому, чтобы повысить шансы, необходимо сдавать несколько ЕГЭ и сдавать их хорошо.

Более того, в 2022 году высок показатель школьников, которые вообще не сдали выбранный экзамен: 2 по обществознанию и физике получает каждый школьник, с биологией фиаско у каждого , а химия не дается каждому . Статистика, конечно, неутешительная, если принять во внимание факт, что ЕГЭ становятся всё сложнее. С каждым годом в экзамене всё больше заданий «на подумать», такие задания трудно списать и уже не решить простым заучиванием теории и тем более «натаскиванием» на типовые тесты.

Хорошая новость в том, что к ЕГЭ и ОГЭ по школьным предметам можно подготовиться. Особенно если начать подготовку заранее, составить индивидуальный план освоения знаний и заниматься с опытными наставниками.

Центр «Университетские стандарты» приглашает школьников и их родителей на бесплатные открытые занятия 24, 25 и 29 августа. Здесь будущие выпускники узнают подробнее о экзаменах и планируемых изменениях в ЕГЭ 2023 и 2024 гг., смогут пройти диагностику, получат консультацию о процессе подготовки к выбранному предмету — о том, как правильно работать с теорией, практикой и повторением в режиме онлайн и офлайн, и как не нужно готовиться. Также на открытых занятиях школьники узнают о расписании и формате обучения в центре.

Например, 29 августа пройдёт вводное занятие по особенностям и изменениям ЕГЭ по биологии. Кроме важной информации о выпускном экзамене, ребят ждут подарки — чек-листы по подготовке и цветные конспекты. Подробнее о расписании открытых уроков — по телефону .

«Университетские стандарты» за индивидуальный подход к подготовительным занятиям — в группах не более 6 человек. Так ученики глубже осваивают материал, получают глубокое понимание всех тем предмета, а не заучивают информацию.

Важно отметить, что до 26 августа действует набор по листу предзаписи*. Те, кто будут в ранних списках, получат самые интересные предложения по стоимости. Например, абонемент на для и классов всего за 2990 рублей, на для класса — за 3990 руб. В подарок можно получить дополнительные занятия по теории или индивидуальные консультации.

Узнать подробности об открытых уроках, обучении в центре и об акции можно на сайте, позвонив по телефону .

А еще у «Университетских стандартов» есть интересный и полезный telegram-канал (12+) https://t.me/universtan_chita, где размещают анонсы курсов и дополнительных занятий.

* Акция действует с 16 августа 2022 года по 26 августа 2022 года.

«Это миф, что ЕГЭ с каждым годом сложнее»: Марина Бойкова пояснила суть изменений госэкзаменов

Семь вопросов о госэкзаменах. Что за предметы для сдачи в этом году выбрали выпускники, какие у них не в чести и кто чаще всего получает высокий балл на экзамене?

Девяти- и одиннадцатиклассники вышли на финишную прямую перед сдачей ЕГЭ и ОГЭ. Это стало поводом для беседы «Краснодарских известий» с Мариной Бойковой, начальником отдела оценки качества образования и государственной итоговой аттестации в управлении общего образования министерства образования, науки и молодежной политики Краснодарского края.

1. — Сколько выпускников?

— В Краснодарском крае в текущем году будут сдавать госэкзамены чуть более 69 тыс. девятиклассников, из них почти 16 тысяч — из Краснодара, это самый многонаселенный муниципалитет. В Сочи — вдвое меньше. Выпускников 11-х классов на Кубани почти 23 400, 6700 из них — краснодарцы, жители столицы Кубани.

К слову, с каждым годом количество выпускников 11-х классов постепенно уменьшается. Если еще несколько лет назад после девятого в десятый класс шли около 60% учеников, то сейчас процентов на десять меньше. Все больше школьников после окончания 9-го класса получают среднеспециальное образование. И это практично: уже в 18-19 лет они могут работать по востребованным в крае специальностям.

2. — Какой предмет рулит?

— Как обычно, в обязательном порядке сдаются русский язык и математика, также выпускникам необходимо было определиться с экзаменами по выбору — не меньше одного предмета. Как и в прошлые годы, большинство выпускников планируют сдавать обществознание, — его выбрали 11 тыс. одиннадцатиклассников. Этот предмет традиционно лидирует и среди девятиклассников. Видимо, потому что бытует мнение о его легкости, что на самом деле не верно. Сложность обществознания в том, что предмет включает в себя несколько дисциплин: и экономику, и право, и географию, и социологию.

Правда, в текущем году популярность обществознания немного снизилась. Зато подросло количество старшеклассников, желающих сдавать информатику. В прошлом году ее выбрали 3900 одиннадцатиклассников, в текущем — 4600. Безусловно, это связано с бурным развитием и господдержкой отечественной IT-отрасли в последнее время.

3. — Какие дисциплины выбирают реже всего?

— А вот традиционно самым непопулярным предметом среди одиннадцатиклассников остается география, хотя девятиклассники ее любят, она на втором месте по выбору после обществознания.

Печально, что отказываются от физики: в прошлом году ее выбирали 4,5 тыс. выпускников, в этом на 700 человек меньше. Причем эта тенденция наблюдается не только на Кубани, а и в целом по стране.

4. — ЕГЭ все сложнее?

— В этом году будет уже 22 года, как выпускники сдают ЕГЭ, однако до сих пор широк фронт его противников. Главное их недовольство в том, что Федеральный институт педагогических измерений (ФИПИ) практически каждый год вводит новые правила для сдачи предметов ЕГЭ. Бытует мнение, что задания усложняются, и нередко в материалах дисциплин по выбору можно встретить вопросы, выходящие за рамки базовой школьной программы.

На самом деле задания, включаемые в контрольные измерительные материалы ЕГЭ, содержат только школьную программу. Что касается изменений в КИМах. Да, они ежегодны. Но задания не усложняются, а меняется их формулировка. Ежегодно 1 октября изменения в КИМах обнародуются в разрезе всех предметов на сайте ФИПИ. И на нем же размещают тестовые задания, 50% из которых вероятнее всего встретятся на госэкзамене. Так что если регулярно решать их, на госэкзамене будет значительно легче.

5. — Можно ли сдать без репетиторов?

— Если школьник добросовестно и систематически учится, ЕГЭ он сдаст. А вот обращаться к репетиторам или нет, решают уже сами выпускники и родители. Безусловно, репетитор поможет разработать индивидуальную стратегию подготовки к экзаменам, вместе с ним повышаются шансы на высокий балл, но это не панацея. Многое зависит от самодисциплины учащегося.

Кстати, после опроса стобалльников и высокобалльников заметили тенденцию: практически все они позитивны, у них хорошие отношения с педагогами, родителями, сверстниками. Помимо учебы, имеют много интересов. Вывод: у мотивированных, жизнерадостных учеников все получится.

6. — Будет что-то новое в проведении «госов» в этом году?

— В процедуре проведения экзаменов изменений в этом учебном году нет. В прошлом в тестовом режиме, а в нынешнем — в штатном, получим контрольно-измерительные материалы (КИМы) через сеть Интернет непосредственно перед экзаменом, в аудитории под наблюдением присутствующих распечатаем их, выдадим выпускникам. После выполнения задания сканируем их и тут же загрузим в систему для обработки и проверки.

7. — Когда старт?

— Девятиклассники начинают 24 мая с истории, физики, биологии. Русский язык у них 6 июня, через три дня — математика.

У одиннадцатиклассников испытания начнутся 26 мая с географии, литературы, химии. 29 мая главный экзамен — русский язык. Математику базового и профильного уровней сдают 1 июня.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *